«Буря», Et Cetera, 2010

В театре Et Cetera Роберт Стуруа и компания поставили итоговое произведение Шекспира. Душевная «Буря» случилась, и ни дать ни взять — настоящая.

«Все грешны, все прощенья ждут, да будет милостив ваш суд». Такими словами Шекспир заканчивает свою пьесу, таков же главный жизненный вывод, который он вложил в уста волшебника Просперо, которого в Et Cetera сыграл Александр Калягин. Эта роль — большая удача актера, нечасто балующего своего зрителя яркими премьерами.
Александр Калягин перевоплотился в Просперо, образ которого выходит здесь за рамками традиционного — «мудрец, почти святой». Калягин играет не того, кто познал истину и достиг просветления, но усталого человека, который всю свою жизнь лелеял мечту о мести и жил с невеселым убеждением, что люди — ничтожества. И вот судьба дала ему шанс исполнить мщение, а он… отказался. Не потому что что-то понял, а потому что устал. Получился спектакль-исповедь, причем не столько Шекспира, сколько режиссера — очень грустный, лиричный, осенний.

Спектаклю очень не хватает легкости, светлой мудрости, такой очевидной у Шекспира, и это при том, что Стуруа с английским драматургом не больно-то церемонился — весьма объемную пьему уложил в полтора часа. По сути своей это остов шекспировской «Бури», ее квинтэссенция и театральная демонстрация философских выводов о всепрощении. Лихо закрученный сюжет в спектакле грузинского мэтра превратился в понятное, почти что фабульное действо.
Среди девственно белых стен-экранов сидит Просперо и спокойно наблюдает за тем, как беснуются экранные волны и сгущаются экранные тучи. Цвет и свет мешаются, и игрушечный бумажный кораблик мечется над сценой, наконец, исчезая из виду. В переводе с театрального языка: затонул корабль с неаполитанским королем Алонзо, его братом Себастьяном, сыном Фердинандом и прочими вельможама на борту… За этим следил с берегов своего острова Просперо и его пятнадацатилетняя дочь Миранда. Она было начала упрашивать отца остановить безобразие, но он ответил ей: «Я силою искусства своего устроил так, что все остались живы». Просперо открывает дочери правду об их жизни: двенадцать лет назад он, в то время герцог Миланский, был свергнут с престола родным братом Антонио. Его посадили на утлое суденышко и бросили в открытом море, разрешив взять с собой только фолианты, «что он превыше герцогства ценил». Так экс-герцог с дочерью попали на остров, на котором жили злой сын злой колдуньи Калибан и дух воздуха Ариэль. Оба стали служить Просперо. И вот теперь пришел час встретиться с врагами лицом к лицу…Просперо у Стуруа совсем не похож на доброго, глаголящего истины волшебника из сказки. Он злой и желчный, часто срывается на крик, нервничает и следит безумными глазами за тем, как ведут себя враги на его острове. Что он видит? — все те же мелкие обиды, страшные ссоры, подлости и нелепости… «Наглядное пособие» людских грехов вызывает в нем отвращение и ужас. Просперо никого из них не пытается наставить на путь истинный, принудить покаяться или осознать, он просто наблюдает. Иногда с ложным спокойствием, чаще — с раздражением.
Ариэль, которого у Стуруа играет женщина (Наталья Благих), делает все, чтобы мелкое и гнилое в «гостях» Просперо стало еще очевиднее. Юркая как зверек, она сплетает цепь событий, тасует героев как колоду, подталкивает их к самым омерзительным действиям, вытаскивает наружу все самое порочное в них.
Дети враждующих отцов Миранда и Фердинанд тем временем волшебным образом влюбляются друг в друга, отчего Просперо, ранее желавший этого, становится все мрачнее.
Весь этот аттракцион интриг знатной челяди заставляет его осознать и произнести вслух шекспировскую формулу: «Мы созданы из вещества того же, что наши сны, и сном окружена вся наша маленькая жизнь». В этих словах Просперо-Калягина не слышно мудрости, одна только желчь и отчаяние. Да и вещи-символы, окружающие Просперо в этот момент, наводят мысли отнюдь не о благости хозяина положения.
Просперо вешает себе на шею тряпичных врагов и совершает что-то вроде обряда Вуду. Он распинает на кресте их тени, мечтая то же проделать с реальными людьми. И ему это почти удается, как вдруг приходит понимание: лучше бы простить. Вообще и всех. По правде говоря, это внезапное озарение смотрится не слишком убедительно, но философский посыл очевиден: и режиссер, и актер вслед за Шекспиром хотят сказать человечеству не о том, что оно виновно, а о том, что оно прощено. И это другой, уже скорее библейский, вопрос — можно ли простить и полюбить своих врагов в одночасье?
За оформление спектакля отвечают декорации давнего друга и помощника Стуруа Георгия Алекси-Месхишвили. Они, безусловно, очень эффектны — полет героев, затейливые круги и знаки, плывущие по стенам, неоновое освещение, мечи, банки-склянки алхимиков и каббалистические символы… все это напоминает мир фэнтэзи. Но… не очень созвучно спектаклю-исповеди.
В финале Просперо снимает плащ мага, оставаясь в исподнем, прощается со своим Ариэлем. Бойкий дух обнимает хозяина и напоследок разыгрывает его, подарив коробку, в которой оказывается бомба из муки. Просперо с белым лицом будет еще больше похож на грустного клоуна. И слова его прозвучат еще пронзительнее: «…мой окончен век, я слабый грешный человек». Вот кого в конечном итоге сыграл Калягин, и вот в чем признался Шекспир в своей пьесе-завещании.

http://www.vashdosug.ru/theatre/performance/457215/tab-comments#blockTabs

Published in: on 28.01.2011 at 16:32  Добавить комментарий  

The URI to TrackBack this entry is: https://vitvitskaya.wordpress.com/2011/01/28/%d0%b1%d1%83%d1%80%d1%8f-et-cetera-2010/trackback/

RSS feed for comments on this post.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: