«Чайка», Сатирикон, 2011

Новая сатириконовская «Чайка» уникальна. Театральный абсурд Бутусова выворачивает наизнанку чеховские смыслы и судьбы, оголяет масштаб балагана под названием жизнь и буквально за руку выводит на авансцену трагедию. Актерскую, разумеется, чью же еще.

Юрий Бутусов — режиссер с ярко выраженным собственным гротескным почерком. Однако в новом спектакле он умело присовокупляет к своему еще и почерки культовых режиссерских фигур вроде Эймунтаса Някрошюса или Эмира Кустурицы. И это неплохо: Чехов от эдакого хулиганского бесчинства аллюзий только выигрывает. Кроме того, мысль, которую Бутусов сделал основной, считывается отчетливее. Режиссер поставил спектакль о трагедии актерских судеб — вообще и в частности. Оттого то все герои знаменитой пьесы у режиссера — клоуны, незадачливые лунатики, блаженные с вытекающей слюной изо рта, веселые неунывающие недоумки или заигравшиеся в прим стареющие красотки. Хоровод из жалкой и одновременно трогательной актерской братии водится по сцене «Сатирикона» четыре с лишним часа.

И все это время зритель испытывает какие угодно чувства, но только не скучные. Происходящее изобретательно донельзя. Бутусов мастер эксцентрики, он заигрывает с публикой, демонстрируя ей «разноплановость» своего Чехова. В первом действии, к примеру, дарит веселый цветной карнавал. На сцене — наспех сколоченные театральные подмостки с натянутой простыней вместо задника. На простыне черной краской нарисовано озеро, дерево и контуры Треплева и Заречной. Рядом деревянные кресты и длинные корабельные веревки (привет Някрошюсу), на которых шелестят лиственным шумом целлофановые пакеты. Наконец, появляется Нина Заречная в исполнении неподражаемой Агриппины Стекловой. Она, конечно, клоунесса, с гривой рыжих бесстыдных волос и охапкой каких-то до неприличия ярких цветов на голове. И сама как цветок, — глупая девушка, которая мечтает стать Звездой. Впрочем, за это любят. И еще как.

Треплев в неожиданно ярком исполнении Тимофея Трибунцева испытывает к ней прямо-таки неистовую страсть. Когда количество и качество сценических поцелуев доходит до критической отметки, появляется Аркадина (Полина Райкина). Бесчувственная мадам с тонюсенькой линией губ и подведенными угольно-черным глазищами, похожа у Бутусова на ведьму. Она, без всяких сомнений, причина бед двух юных мечтателей, ей не нравится пьеса сына, она — критик «новых форм». Поверхностный спор об искусстве Бутусов переводит в экзистенциальную, почти что фрейдисткую плоскость. Недолюбленный ребенок, Треплев в присутствии матери превращается в бунтаря, почти Гамлета. В финале он даже попытается утопить ее в игрушечной ржавой ванне, будет криком кричать, что ненавидит и вообще «талантливее нас всех». Аркадина же оставит за собой право быть недосягаемой до конца. Она никак не отреагирует на потуги сына и не отдаст Заречной своего Тригорина (искрометно сыгранного Денисом Сухановым).
В спектакле есть и еще одна любовь на разрыв аорты. Маша (роль длинноногой красавицы Марьяна Спивак), дочь управляющего Шамраева, влюблена в Треплева. С какими истошными воплями, нервом, наконец, безумием, играет она это свое несчастливое и по большей части придуманное чувство. В такой Маше нет ни капли традиционного бутусовского фарса. Спивак удается трагедия. Которую не спрячешь ни за веселеньким и нарядным действом, ни за разнообразной, по большей части балаганной музыкой.

Сразу после первого действия задник игрушечной сцены рвет сам Юрий Бутусов. Стол с яствами и кладбищинскими цветами лихо переворачивает вдруг почувствующий себя ничтожеством Тригорин. Далее в театральной программе значатся выяснения отношений всех со всеми, появление невиданного персонажа «Девушка, которая танцует», выезд на причудливой коляске брата Аркадиной (Сорин появляется, держа в руке раскрытый зонтик с льющейся из пластиковой бутылки, прикрепленной к спицам). И сцена, когда скромный учитель Медведенко снимает с себя джинсы и чуть не насилует Машу, убеждая выйти за него замуж. В этой мясорубке из символов и метафор рождается истина: жизнь актера-сплошная неудача, а театр — чудовище, съест и переварить забудет.

Ближе к финалу на сцене возникают белые-белые стены. Здесь, в стихийно возникшей «дурке» (точнее чеховской «запенде») заключены все действующие лица, и они точно не ведают, что творят. Бутусов выказывает чудеса самоиронии, когда прокатывает по сцене вагончик со всеми чеховскими героями, «сваленными» в раскоряку наподобие больших кукол. Затем они по нескольку раз разыграют сцены любовных признаний, еще чаще постреляют в чайку и в самих себя. Зачем Бутусову повторы одних и тех же мизансцен? Да еще и разыгранные разными актерами? По всей видимости, чтобы доказать, до какого исступления может дойти актер, чтобы верно сыграть роль. И режиссер, чтобы удивить бывалых театралов.

Истеричная суета закончится как-то вдруг, — Треплев застрелится за кулисами. Под песни румынских цыган, оправдывая посвящение спектакля. Как выяснилось, Бутусов поставил его в память об актрисе Валентине Караваевой: которая в 23 года попала в автомобильную катастрофу, лишившись возможности играть и сниматься. Умерла она в нищете и забвении, играя Заречную в собственной квартире.

http://www.vashdosug.ru/review/2903/

http://www.satirikon.ru/index.php?id=260

Advertisements
Published in: on 18.04.2011 at 21:03  Добавить комментарий  

The URI to TrackBack this entry is: https://vitvitskaya.wordpress.com/2011/04/18/%d1%87%d0%b0%d0%b9%d0%ba%d0%b0-%d1%81%d0%b0%d1%82%d0%b8%d1%80%d0%b8%d0%ba%d0%be%d0%bd-2011/trackback/

RSS feed for comments on this post.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: