«Буря», Чеховский фестиваль, 2011

В новом русском спектакле Деклана Донеллана шекспировский Просперо не обретает нового буржуазного счастья, но тоскует о потерянном рае тоталитаризма.

Первая постановка юбилейного Чеховского фестиваля вызвала прямо-таки массовую истерию, билеты закончились за 2 недели до начала показов, а на пресс-конференции, предваряющей главный театральный смотр, хедлайнером значился именно Доннелан. Практически обрусевший английский режиссер взялся представить на зрительский суд свою версию последней пьесы Шекспира. С его подачи «Буря» ворвалась в советский рай, выгнала оттуда идеального партийца Просперо и превратила его жизнь в бесконечную тоску по тугим пшеничным колоскам, плотным женщинам с серпами в руке и коллективных танцах .

Отнюдь не новый способ приблизить классику к действительности, впечатав аллюзии на день сегодняшний в плотную метафоричную ткань шекспировской пьесы, в этом случае оказался равен безвкусице. Во-первых, в дне сегодняшнем мало кто страдает по стране советов, во-вторых, символика «рай-коммунизм» давно утратила не только театральный, но и всякий другой смысл. А раз главный посыл спектакля не возбуждает публику, значит и все остальное катится в тартарары. Впрочем, по порядку.

Маг Просперо (Игорь Ясулович), заманивший на свой остров своих врагов, живет в универсальных декорациях. Никакого намека на волшебные изыски или сказочные дали — есть только белые стены, белые двери и грязные металлические тазы для умывания. В них Просперо тщательно моет дочь и дает ей затрещину, когда она по наивности оголяет грудь перед страшилой Калибаном (Александр Феклистов), да и по по любому поводу тоже. Дочь (Анна Халилулина) отвечает папе тем же — по всей видимости, Доннелан увидел в прекрасной Миранде дикую девочку-Маугли, не знакомую с земными порядками и человеческим поведением.

Озлобление и нежность, жестокость и доброта, — отношения отца и дочери выпестованы здесь с особой тщательностью и бытовыми подтекстами. Просперо безумно любит дочь, ревнует ее к будущему и в то же время этого будущего ей страстно желает. Он постоянно испытывает возлюбленного Миранды Фердинанда, без конца оттягивает момент их близости. Кстати, любовные сцены этих двоих неубедительны и фальшивы, — театральная молодежь привыкла стараться.

Больше, чем счастьем дочери, Просперо занят жаждой мести. Доннелан отказал герою Шекспира в благородстве и любых красивостях (все-таки Просперо мудрец, повелевающий стихиями) — здесь он вконец измученный обидами и унижением старик. Ему жаль прошлого, он негодует, что брат, заключив сделку с королем Неаполя, лишил его титула и отправил в открытое море искать смерти. Он томим воспоминаниями о собственной власти на другом берегу и сомнениями в том, что вернувшись в Милан (Москву?), будет там кому-нибудь нужен. Впрочем, советская закалка работает на него и на острове. Просперо завел здесь вполне себе сталинские порядки. Железной рукой обращенный в рабство Калибан (в спектакле Донеллана приобретший черты человека, страдающего от болезни Дауна) плюется, но выполняет приказы, откликается на слово «тварь» и жаждет свергнуть властителя. Бесплотный Ариэль представляет собой армию членов КГБ в дорогих костюмах, они организуют музыку, когда это необходимо, и незаметно и профессионально расставляют ловушки. Беспрекословная стража системы. И опять-таки никакого волшебства.

Сам Просперо подобно советскому вседержителю всегда уверен в том, что знает, как лучше для его поданных и гостей-врагов. К примеру, чтобы испытать безмозглых пьяницу Стефано и озабоченного гея Тринкуло, он переносит их в бутик, и те беснуются от удовольствия примерить брендовые вещи и аксессуары. А на помолвку дочери маг «заказывает» ностальгический праздник урожая. Обе сцены смотрятся дико. Но если первая только вторична и пошла, вторая просто немыслима. На экране нарезка из советской кино-попсы, из колонок звучат марши и лозунги. В этот несуществующий праздник Просперо вроде как мечтает вернуться и туда же отправляет дочь. Однако в финале он уже не уверен, что нужен в этом раю, наконец, есть ли этот рай на земле.

Антиутопические выводы режиссера, хоть и прозрачны, но неубедительны. Спектакль как будто рассыпается на глазах, смотрится откровенно старомодно. Кто и где только не задавал политические вопросы зрительному залу и не выводил на авансцену мрачную иронию по поводу несбывшегося коммунистического рая. Спасает положение только игра состоявшихся актеров-мэтров(все тот же Ясулович, Жигалов, Леньков, Феклистов) и их не всегда удачные, но все же попытки поменять вектор и оправдать Шекспира. Сыграть что-то не про утопию, а про чувства, судьбу и волю к всепрощению.

http://www.vashdosug.ru/review/5519/

The URI to TrackBack this entry is: https://vitvitskaya.wordpress.com/2011/05/31/%d0%b1%d1%83%d1%80%d1%8f-%d1%87%d0%b5%d1%85%d0%be%d0%b2%d1%81%d0%ba%d0%b8%d0%b9-%d1%84%d0%b5%d1%81%d1%82%d0%b8%d0%b2%d0%b0%d0%bb%d1%8c-2011/trackback/

RSS feed for comments on this post.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: